Новости
30.03.21Сварог - небесного огня Бог 30.03.21Стах - восхождение в пропасть 01.02.21Ежедневное обновление заметок смотри... 29.01.21Граждане СССР пишут... 29.01.21Быстро рвутся связи. Едва оставил работу.. архив новостей »
GISMETEO: Погода по г.Екатеринбург

Информеры - курсы валют

Заимствование знаний у Малопала

     Когда я познакомился с пришельцем из других миров, то есть с Малопалом, у меня была надежда, что его появление может изменить жизнь землян. Он ведает то, что неизвестно нам, он творит такое, что людям не снилось. Его знания помогут преобразовать нашу действительность.

Каждый на моём месте рассуждал бы также. Это же естественный ход мыслей. Он напрашивается сам собой. Что-то подсмотрел и тут же копируй, что-то заметил – повторяй. Однако простота воплощения в жизнь чужого опыта оказалась кажущейся.

Не сразу я осознал это. Уж так мне хотелось, чтобы люди путём заимствования достижений у инопланетянина смогли бы подняться на более высокую ступень развития. Не сразу, но всё-таки понял, что ничего из этого получиться не может. По крайней мере, для этого нужно очень много времени.    

Постараюсь объяснить почему. Объяснить на простом примере. Представьте себе  невероятную ситуацию.

Я повёз внуков на речку. Они захотели порыбачить и искупаться. Взяли с собой удилища с удочками. Ещё Настя не забыла куклу и велосипед, который едва смогли затолкнуть в багажник. Саня с Ваней захватили маски для плавания, игровые приставки, футбольный мяч и даже бинокль.

Не все из этих вещей были нужны для рыбалки и плавания, но я не возражал. Внуки ведь могли захотеть поиграть, если не будет клёва, если вода окажется прохладной.

С таким снаряжением мы отправились в путь. Поехали на речку, до которой было рукой подать. Пока ничего невероятного нет в том, что я рассказываю. Захотели порыбачить и искупаться. Что тут такого? Обычное дело. Собрали вещи и поехали. Можно было и пешком пойти, так как речка рядом. Но мы поехали.

Едва отъехали от деревни, как … случилось нечто странное. На ясном небе без единой тучи сверкнула ослепительная молния. От мощного и неожиданного раската грома мы пригнулись, вжались в сиденья и плотно закрыли глаза.

Когда же открыли их, то поняли, что мы оказались… в далёком, далёком прошлом. В таком далёком, что позднее человечество назовёт его каменным веком.

Очутились мы там на автомашине, так уж получилось тогда, прямо в центре стойбища первобытных людей. Человекоподобные существа, иначе нельзя назвать их, носили звериные шкуры, были вооружены каменными топорами. Они ещё не умели толком добывать огонь.

Наше неожиданное появление произвело на них потрясающее впечатление. Да, что там дикари, когда даже мы были потрясены тем, что увидели. А ведь нам рассказывали в школе про каменный век, мы примерно представляли, что это такое. Мы, можно даже сказать, были подготовлены к такой встрече. Для нас каменный век был прошлым временем, из которого вышло человечество, о котором мы немало знали.

Для них же мы были далёким будущим. Они об этом будущем даже не задумывались. У них были земные заботы. Их беспокоило одно: как добыть пищу и уцелеть до нового восхода солнца.

Поэтому не удивительно, что первобытное племя лишилось дара речи. Я, конечно, сильно преувеличил их способность произносить речи, так как они и до этого происшествия издавали только отдельные звуки.

После нашего же появления у них просто отнялись языки. Мы для них оказались нереальными существами, идолами или богами, спустившимися с неба. Это спасло нам жизни, так как они не посмели на нас нападать, чтобы убить, а потом съесть. Наоборот, к нам аборигены отнеслись с исключительным уважением. Что можно сказать по этому поводу? Нам невероятно повезло.

Они, да и мы также, с трудом пережили первые впечатления. Однако постепенно привыкли друг к другу. Конечно, дикарям привыкнуть к людям в одежде, к автомашине, ко всему прочему было невозможно. Каждый предмет из другого мира вызывал изумление и благоговение. Мы представлялись им всемогущими. Даже наши пуговицы на одежде приводили членов племени в восторг.

Чтобы расположить к себе дикарей каменного века, привести их в чувство, установить с ним контакт, я оторвал несколько пуговиц от своей рубашки и подарил их вождю племени. Он издал какие-то нечленораздельные звуки, которые, надо полагать, выражали восторг.

Мне было жаль аборигенов, условия их жизни вызывали сочувствие, захотелось оказать им посильную помощь. Однако наше появление и пребывание на стойбище никак не сказались на изменении жизни племени. Наши вещи и предметы быта ничего не могли им дать.

Они были инородными, ими не могли воспользоваться первобытные люди. И самое главное состояло в том, что всё то, чем мы обладали, нельзя было изготовить в тех условиях. Нельзя было не только воспроизвести, но даже отремонтировать при поломке.

Наша машина оказалась среди крупных камней на крутом склоне, поэтому не передвигалась. Какую пользу она могла принести. Конечно, пока не кончился бензин, я заводил двигатель. Он мягко урчал, по корпусу машины прокатывалась дрожь. Аборигены падали ниц, и не все из них осмеливались поднять головы.

Когда же я включал фары и нажимал на звуковой сигнал, то во всей округе замирали даже дикие звери. Особенно сильное впечатление машина производила в тёмное время суток. Вспышки глаз невиданного в этих местах чудовища и издаваемые им звуки наводили ужас на всё живое. Заклятые враги племени в страхе навсегда покинули насиженные места.

Я периодически включал двигатель не только для демонстрации нашего могущества, нужно было подзаряжать аккумулятор, от которого черпали силу игровые приставки внуков, чтобы показывать любопытным представителям первобытного общества движущиеся фигурки людей и машин на экране.

Когда бензин был израсходован, разрядился аккумулятор, вслед за ним вышли из строя игровые приставки. Вдохнуть в них жизнь мы были не в состоянии. Только аборигенов об этом извещать не стали. Пусть они думают, что странное чудище отдыхает.

Для велосипеда не нашлось тропинки, чтобы прокатиться, к тому же не было насоса для подкачки шин. Хотели удивить аборигенов ловлей рыбы с помощью удочек. Только в таком способе они не разглядели достоинств. Зачем нужны сложности, когда проще зайти по колено в воду и выхватить нужную рыбу из воды голыми руками.

Дикари были в восторге от способности мяча подпрыгивать при ударе о землю и отскакивать от ударов игроков. Форма мяча и его молчаливость не вызывали у аборигенов страха. Они относились к нему с добротой, удивлением и любопытством. Именно любопытство и сыграло с мячом злую шутку.

Вождь племени, чтобы выяснить, кто такой прыгучий находится внутри мяча и что он там делает, ногтями прорвал оболочку. Сжатый воздух из дыры ринулся наружу, под действием реактивной струи мяч вырвался из рук потрошителя и по сложной траектории отлетел на несколько метров. Вождь от неожиданности потерял сознание. В конце концов он очнулся, а вот отремонтировать мяч мы не смогли.  

Случился ещё один казус. Это было с биноклем. Я пока не сказал, что вождя племени звали Иврос Аволог. В переводе на наш современный язык это означало Сорви Голова. Почему ему дали такое имя, я не знаю. Может, он бесстрашно ввязывался во всякие рискованные истории, был бесшабашным существом. Может быть, он с лёгкостью отрывал головы у своих врагов, а заодно и у провинившихся соплеменников. Я этого точно не знаю, а только делаю предположения.

Так вот, Сорви Голова как-то развлекался с биноклем, изучал его, пробовал на зуб, вертел в руках. Когда он случайно приложил бинокль к глазам, то увиденная картина его заинтересовала. Он стал медленно поворачивать голову, внимательно рассматривая окружающий мир.

И надо же было такому случиться. В бинокль он увидел тигра, который готовился к прыжку прямо на него. Тигры не были диковинкой в этих местах, вождь племени хорошо знал их повадки, ему даже приходилось охотиться на полосатых кошек. Зная повадки этих коварных зверей, Сорви Голова не приближался к ним близко.

Этот же тигр был рядом, вождь прозевал момент его приближение, и теперь его ждала расплата. Тигр уже готовился к прыжку. От неожиданности Сорви Голова завопил: «Йокак сажу!». На нашем современном языке это означало – «Какой ужас!»

Он отбросил в сторону бинокль, вскочил, зарычал и приготовился к рукопашной схватке. Однако никакого зверя перед ним не оказалось. Тигр был далеко от него. Вождь опешил, он не понял того, что случилось. Несколько секунд Сорви Голова был растерян, потом погрозил громадным волосатым кулаком в сторону зверя, находившемся на значительном от него расстоянии.

Вождь подумал, что это он своим воинственным криком отогнал тигра. Откуда ему было знать про удивительное качество бинокля, который приближал и предметы, и даже диких животных.

К сожалению, бинокль при падении разбился о камни. Уцелела только одна линза. Она вскоре стала самой главной драгоценностью племени. С её помощью, когда светило солнце, ребята научили волосатых страшил вызывать дух огня. Если сказать простым языком, то линза позволяла разжечь костёр.

Кроме линзы дикари нашли полезное применение  и маскам для плавания. Они приспособили их для переноски воды. Кстати, кроме линзы и масок ещё кукла Насти оказалась полезным предметом. Ею аборигены забавляли малышей.

К сожалению, любую деталь, которая ломалась или выходила из строя, восстановить в первобытных условиях было невозможно. Я знал, как можно отремонтировать, но для этого не было нужных материалов и инструментов.

Одежда наша вскоре износилась, мы облачились в звериные шкуры, которые нам преподнесли аборигены. Вскоре по внешнему виду мы уже почти не отличались от первобытных существ. Нам не хватило совсем немного времени, чтобы одичать окончательно. Выручил случай.

В чистом небе сверкнула молния, гром прокатился по голубому своду от горизонта до горизонта. Зажмурились мы от страха, а когда открыли глаза, то оказались посреди улицы перед коттеджем. Правда, автомашина с нами не вернулась, в прошлом остались и все вещи, которые мы брали тогда с собой в поездку на речку. Мы так обрадовались возвращению, что не стали переживать по поводу потери имущества.

Стоим мы посреди улицы в звериных шкурах, стоим исхудавшие, измученные и грязные. Тут сбежался народ, но даже самые смелые приближаться к нам не осмеливались. Мы узнали каждого из любопытных, а вот нас не признал никто. О нашей встрече можно долго рассказывать. Как милицию люди вызвали и скорую помощь. Только это к теме рассказа не относится.

После возвращения я не стал морочить себе голову и размышлять о том, как такое приключение могло произойти с нами. Я понял главное. Технические достижения землян не смогли помочь первобытному обществу, изменить его. Слишком велика была разница в развитии между нами. Предметам нашего быта, нашим знаниям было не подвластно течение жизни аборигенов.

Подобное происходило и на Земле, когда с техническими возможностями своей планеты нас знакомил Малопал. Слишком велика была разница между разумными существами, населявшими наши планеты.

Когда я понял это, то перестал расспрашивать инопланетного гостя про чудеса, про то, как они Малопалу удаются. В начале нашего знакомства я всё допытывался до сути, хотел понять смысл происходящего. Только знание проблемы ничего не меняло. Что толку в том, что ты знаешь, как это делается, если повторить не можешь.

По этой причине я перестал заниматься расспросами, а стал просто восхищаться его возможностями. Точно также восхищались нашими возможностями люди каменного века. Вот почему я стал просто описывать проделки моего маленького друга, не вникая в смысл происходящего.

Нельзя до поры до времени воспользоваться достижениями других миров. Нужно для этого иметь соответствующий уровень развития техники и общества.